Режим прекращения огня в Газе не на повестке дня
17.07.2025 в 21:33
Ведется много разговоров, когда же наступит режим прекращения огня в Газе.
Но, в отличие от 24 июня, когда весь мир наблюдал, как американский президент Дональд Трамп с гордостью добился прекращения огня между Израилем и Ираном после 12 дней войны, для Газы этот вопрос не считается таким же срочным, хотя с октября 2023 года там было убито 58 000 человек.
«Мои поздравления иранскому народу», – говорит 19-летний Ясир аль-Хур, который потерял своих брата и сестру в результате израильского авиаудара по соседнему дому в Нусейрате 13 октября 2023 года. Теперь он живет в палатке в другой части этого района.
«Никто в мире не заслуживает нашей судьбы. Но что действительно больно – так это ощущение изоляции».
Абсолютно все в Газе разделяют его чувства. Мы искренне счастливы за Иран. Но мир продолжает игнорировать наши страдания – страдания, которые длятся вот уже более 650 дней.
С 7 октября 2023 года в мире разгорелось несколько вооруженных конфликтов, но они завершились в относительно короткие сроки – во многом благодаря массивному международному давлению. Помимо 12-дневной ирано-израильской войны, здесь можно упомянуть и соглашение между Хизбаллой и Израилем от 27 ноября 2024 года, которое Израиль продолжает самовольно нарушать, и конфликт между Индией и Пакистаном, который закончился всего лишь через четыре дня после обмена ударами.
Хотя эти войны отличаются по своим масштабам, географии, политической динамике и военным возможностям – будь то приграничный конфликт, региональное противостояние или конфронтация между врагами, находящимися далеко друг от друга – они все закончились похожим образом: благодаря посредничеству США и международному давлению.
Так почему же Газа, где израильская армия – полностью укомплектованная и оснащенная новейшими вооружениями – имеет дело с противником, у которой нет ни ракетного щита, ни армии, ни ВВС, ни морского флота, ничего из современных военных возможностей?
Двойные стандарты
ЦАХАЛ разрушил практически всю гражданскую инфраструктуру Газы, включая дома, школы, больницы, университеты. 90 % населения Газы было насильственно перемещено; 1,9 млн. людей остались бездомными и обездоленными. Израиль преднамеренно препятствует поставкам продовольствия, медикаментов, электричества и топлива, не давая людям даже выходить в море.
Более 82 % крошечной территории Газы объявлено запретной зоной, и – в качестве перманентной меры – Израиль теперь планирует выдавить всех жителей Газы на юг Рафаха, который полностью разрушен. ООН говорит, что план по переселению палестинцев в Рафах «де-факто» означает создание больших концентрационных лагерей на границе с Египтом».
К чему такая спешка? Где международное давление?
Мир, кажется, уважает только язык силы. Если война разражается между двумя равными сторонами, международные акторы срочно и решительно действуют, чтобы положить конец конфликту.
Но если силы очевидно не равны, мы не наблюдаем подобной реакции. Вот когда уходят все иллюзии по поводу международного права. От нас ожидается одно: принять смерть, медленную или мгновенную, и не поднимать шум, не сопротивляться.
Газа стала неопровержимым доказательством двойных стандартов в этом мире. С октября 2023-го мы лишены даже базовых прав, и никаких реальных мер никогда не принималось.
Так называемые «красные линии», которые мир требует никогда не преступать, нарушаются в отношении нас вот уже более 21 месяца.
Наша очередь
«Когда настанет наша очередь?» – с детской невинностью спрашивает моя младшая сестра Сама, когда я сообщил отцу о прекращении огня между Ираном и Израилем.
Тем утром я проснулся рано, забрался на крышу и высоко поднял свой телефон, чтобы словить интернет – это единственный способ почитать телеграм каналы и узнать последние новости, поскольку интернет в Газе в тот день был полностью отключен.
Пытаясь подбодрить ее, я сказал ей: «Ин ша Аллах, наша очередь скоро настанет».
Но глубоко внутри я понимал, что реалии говорят о противоположном.
Я до сих пор вспоминаю первые дни ирано-израильского конфликта.
Тогда я постоянно звонил Хасану Абу Камару – единственному из моих знакомых, чей ТВ-кабель не был поврежден, чтобы быть в курсе происходящего в мире, когда Газа страдает от полного отключения интернета.
Однажды я спросил его, есть ли серьезная перспектива прекращения огня в Газе. Он ответил:
«Ты знаешь, какова бегущая строка на Аль-Джазире?»
«Нет», – ответил я, надеясь услышать ошеломляющие новости.
«Мы там даже не упоминаемся», – вздохнул он.
Писать голодным
Я по-прежнему отказываюсь понимать, как удары по гражданскому населению при помощи самого смертоносного оружия могут стать нормой. Как бомбардировки больниц – таких, как больница «Аль-Ахли», где в октябре 2023-го было убито более 500 человек, или больницы «Аш-Шифа» и «Камаль Адван», куда вторгались израильские войска – могут удостаиваться такого незначительного внимания.
Даже сейчас, когда вы читаете эти строки, я уверен, что какая-то мама оплакивает своего сына – в конце концов, за последние 650 дней Израиль убил и искалечил более 50 000 детей. Его жертвами становятся свыше 76 детей в день.
Еще где-нибудь брат роет могилу, чтобы похоронить свою сестру.
А где-то отец содрогается от беспомощности, потому что он не может достать хлеба для своей семьи там, где один из четырех человек страдает от голода.
А, опять же, согласно Первому дополнительному протоколу Женевской конвенции от 1977 года, статье 54 под названием «Защита объектов, незаменимых для выживания гражданского населения», «использование голода в качестве метода ведения войны запрещено».
Но это происходит с нами.
Когда я дописываю эту статью в 10 вечера, я едва ли поел – только рис с бобами за целый день. Мы едим не для удовольствия, а чтобы не умереть от голода, потребляя мизерное количество калорий для того, чтобы на следующий день нашлись силы на поиск еды.
А мир по-прежнему смотрит.
Ахмад Абу Шавиш, журналист, активист, исполнитель дабки и шахматист
