История одного финика
17.08.2025 в 17:19
Это всего лишь финик. Один, длиной в четыре сантиметра, высохший фрукт. Но здесь, в Газе, ничего не достается просто, и все имеет свое значение. И даже финик становится символом выносливости, самопожертвования и любви.
Я храню этот финик вот уже шесть месяцев. Я нашел и сохранил его в те дни, которые я считал самыми черными в своей жизни: дни, когда еда исчезла с прилавков, когда голод стягивается петлей на нашей жизни, когда поделиться крохой – это уже акт сопротивления.
Сейчас стоят именно такие дни.
Как и многие люди в Газе, я люблю финики. Моя мама тоже любит их. Несколько недель назад я решил расстаться с моим маленьким сокровищем. Я отдал финик маме. На следующее утро она передала его моей младшей сестре, Несме. А Несма отдала его нашему двухлетнему племяннику Мумину.
Тихий акт любви
Тот единственный финик, передаваемый из рук в руки, стал тихим актом любви, когда мир вокруг нас рушился.
И когда моя мама дала этот финик Несме, это было не только про еду. Это был жест доверия и надежды: это тебе, моя доченька. Тебе он нужен больше, чем мне.
И Несма, в свою очередь, предпочла отдать его Мумина. Он родился всего лишь за два месяца до начала этой войны и будет расти без своего отца, Моатаза Раджаба, который был убит во время геноцида.
Мотаз был добрым и образованным человеком, который получил докторскую степень в области экономики всего лишь за неделю до войны.
Мумин так и не запомнил папин голос. Но сейчас он получил финик. И вместе с ним – историю, которую он будет слышать и слышать спустя годы.
Кто мы такие
Ни один человек в моей семье не хотел съесть этот финик и лишить другого возможности почувствовать его сладкий вкус. Вот кто мы такие – не просто выжившие, но и люди, которые отдавать и делиться. Не потому, что мы святые, а потому, что любовь и достоинство – единственное, что мы можем сохранить, когда у нас отобрали все.
Во время войны в человеке могут проявиться его худшие качества. Но здесь, в Газе, люди также раскрываются их лучшие качества. Наши улицы наполнены не только болью и обломками, но также добротой. Можно написать тома о том, что такие маленькие жесты, как поделиться фиником, говорят многое о нас как о людях.
Некоторые скажут, что это же просто финик. Но я вижу в нем всю историю Газы: депривация и щедрость, отчаяние и решительность, тесные семейные связи и нежелание покоряться жестокости. Этот финик, сохраненный и подаренный – это тихий акт неповиновения перед лицом системы, которая пытается лишить нас всего, вплоть до права кормить собственных детей.
Мы в Газе пересмотрели смысл понятия «богатство». Богатство – это не накопление вещей, это когда ты отдаешь, чтобы укрепить узы между семьями и соседями. В мире, который стремится редуцировать нас до статистики, мы становимся рассказчиками наших историй. Один-единственный финик расскажет вам историю любви членов семьи друг к другу, историю выживания ребенка, историю потери отца и историю, когда люди отказываются перестать быть людьми.
Нас спрашивают, как мы выживаем. Как мы продолжаем идти, когда на нас падают бомбы, когда голод снедает наших детей, когда мы не знаем, доживем ли мы до следующего рассвета. И я отвечу вам: мы выживаем друг ради друга. Мы выживаем, потому что в Газе никто не хочет есть последний финик. И мы выживаем благодаря нашей общей мечте, что настанет день освобождения, когда фиников у нас будет с избытком.
Этого финика больше нет, его съел ребенок, который слишком мал, чтобы осознать его значение. Но остается сам поступок, как рябь, которая распространяется по воде, когда в нее брошен камень. Наши истории – словно эта рябь, ибо мы не собираемся забывать, что Газа жива.
Асем Аннабих, инженер, аспирант, пресс-секретарь Муниципалитета Газы, автор статей на арабском и английском
