Бойтесь равнодушных

Воронка мировых событий закручивается еще более лихо, чем арабская дабка. В эпицентре этого кровавого водоворота истории – истерзанная Газа и южный Ливан – гордый, непокоренный и не сломленный, несмотря на болезненные удары, заставившие его разбиться коленями об острые камни.

Город Газу штурмуют, уничтожая все живое и уже даже этого не стесняясь и не скрывая своих планов построить жилищные комплексы и курорты для «избранных» на залежах костей убитых палестинцев. В Секторе отключили интернет, чтобы блогеры-очевидцы не могли делиться фото и видео, а журналисты – доносить правду о происходящем. Это значит – готовится такая бойня, что предыдущие два года еще покажутся легким тизером по сравнению с тем, что намечается сейчас.

Это – страшно. И здесь ведь еще срабатывают психологические защиты: невозможно спокойно жить, есть, любить, работать, ВСЕЦЕЛО осознавая, что на нашей планете творится подобное, что люди (люди ли?) могут делать такое с людьми. Думая об этом каждую секунду, невозможно наслаждаться морской волной, чашкой кофе на летней веранде, прогулкой с родными, объятиями любимого человека. Невозможно просто жить, потому что очень больно.

Но это не значит, что мы должны быть равнодушными. К этому НЕВОЗМОЖНО быть равнодушным, если ты свободный и мыслящий человек, а уж если ты мусульманин – то и подавно. Самые кошмарные люди – это теплохладные, а вовсе не враги. С врагом все ясно. Врага надо понимать, изучать, исследовать его слабые места, но следует ценить его неприкрытую, искреннюю ненависть, которая видна, как на ладони. Разговаривать с ним стоит разве что через прицел автомата, или же о временном прекращении огня, чтобы перегруппировать силы. С врагом все просто.

Самая жуткая публика – это равнодушные. Нет, они не за Нетаньяху (ну что вы?). Они не против Палестины. Но и не то, чтобы активно за. Им есть чем заняться. И вообще – какое это имеет отношение к их жизни? Они хотят спокойно жить со своей семьей тихой приятной жизнью. Не терзать свою драгоценную душу треволнениями, не уродовать психику «негативом», «не смотреть новости, чтобы не расстраиваться» – и прочая мещанская мура от окончивших трехмесячные курсы поп-психологов из интернета.

Это страшная идеология. Это яд для умов и отрава для сердец. Это намного хуже, чем все нацизмы, сионизмы и апартеиды вместе взятые. Потому что они не могут держаться на ногах без равнодушия со стороны размеренных, сонных обывателей, греющих свои мясистые телеса на мягких диванах в сетевых ресторанах. Или со стороны «высокоэффективных манагеров», которые снуют туда-сюда, как тараканы, впаривая какие-то товары, скидки, распродажи, куртки, помады, лосины с раннего утра до поздней ночи. Этим полагается своя доза пива, попсы и камеди-клабов, чтобы они даже на минуту не задумались о том, что происходит на планете.

У меня как-то был клиент, который все переживал, что у него квартира и машина не такая престижная, как у многих других людей. Я предложила ему представить, что на наши улицы пришла война, его мегаполис разбомбили, дом спалили, машину уничтожили, и он живет в палатке – без жилья, без денег, без удобств, без работы. Неожиданно клиент сказал, что это интересная мысль, надо же, он не думал об этом через такую призму, а следовало бы.

Я рассказала ему не страшилку из голливудского фильма ужасов. А вполне реальную сцену из жизни каждого первого палестинца из сегодняшнего Сектора Газа.

Стать теплохладными, равнодушными, перестать переживать за угнетенных со всей болью и страстью, сделаться толерантным ко злу, бездеятельными, ленивыми, размякшими, живущими пищеварительным и мочеполовым трактом, людьми без убеждений и без целей, выходящих за переделы приобретения вещей – это страшнее, чем остаться без крова и без еды.

Скажете, что легко писать об этом, сидя дома под теплым пледом или же на увитой цветами летней веранде на мягком диванчике с подушками, ходя по салонам красоты и ездя по курортам. Да, мы живем в другом мире – мире комфорта, доставки еды, арт-пространств, салонов красоты, модных кофеен и заботливых психологов с их терапией. Вопрос не в том, что вокруг нас, а что внутри нас.

Этот огонь, который горит в сердце, стенающее от боли обездоленных, гонимых, притесняемых, стираемых с лица земли таких же людей, как мы, или есть, или нет. И если это пламя полыхает – человек будет готов отправиться прямо из уютного ресторанчика на тюремные нары или в пекло войны, потому что так ему велят его принципы. Внешне же его жизнь будет благоустроенной. Но он не будет равнодушен. Он будет писать, говорить, звонить во все колокола, возвещая о происходящем – невзирая на последствия.

Собственно, неравнодушие и делает нас людьми в полном смысле этого слова.

Невозможно смотреть на то, что делают с палестинцами.

Недавно недочеловек из соседнего дома, бывший полицейский, у которого «там все схвачено» (а потому он не боится никаких правовых последствий) пригрозил мне, что натравит своего бойцовского пса на меня и на моего кота. Называя вещи своими именами – что он намерен разорвать на куски Кузю и нанести мне тяжкие телесные (в лучшем случае). Ответственности существо не боялось, уверенное в своей безнаказанности

Дело там было, конечно, не в коте, а в том, что я мусульманка в хиджабе. Другие коты с хозяевами преспокойно гуляют по нашему внутреннему саду.

Я не сумела даже испугаться – уж слишком не укладывалось в голове, что огромный амбал способен спустить гигантского собакозавра, запрещенного в половине стран мира, на маленькое беззащитное и трогательное существо, и, кроме того, женщину.

Но потом я вспомнила про геноцид палестинцев и поняла, что да – есть человеческие особи, которые в состоянии делать подобное и даже испытывают от этого удовольствие. Как могут израильские солдаты развлекаться, рандомно стреляя по изголодавшимся палестинцам, которым уже все равно на смертельную опасность, лишь бы вцепиться зубами в краюху хлеба, потому что они и их семьи не ели уже неделю? А цахаловцы делают это «по приколу». Им весело, это для них как компьютерная игра.

Это антисоциальное расстройство личности, оно же социопатия – даже не психическая болезнь, а именно что патологическое личностное развитие. Социопаты не способны испытывать жалости и эмпатии, безразличны к страданиям других, презирают правовые и нравственные нормы, одержимы жаждой наживы и власти. Больше всего таких людей в криминальных кругах, среди обитателей зон, в силовых структурах, в среде топ-менеджеров и политиков высшего ранга, к коим явным образом относится и Нетаньяху.

Этот вампир, похоже, просто упивается видом жертв и разрушений, расколотых черепов и полуразложившихся детских трупов, как когда-то небезызвестный автор программы «600 секунд», ныне внесенный в список иностранных агентов, экстремистов и террористов.

Он горд тем, что приложил к этому свои ручища.

ООН официально признала происходящее в Газе геноцидом, но Нетаньяху на это триста раз наплевать.

Как и амбалу из соседнего дома, угрозы которого, в сущности, представляют собой уголовку.

Представьте себе, что он бы натравил на меня собаку. Разъяренный пес растерзал бы моего маленького кота и рвал бы меня на мясо. А вы живете рядом. Что бы вы делали? Сказали бы: «Какое это имеет ко мне отношение»? Или испускали бы задумчивые философичные тирады, что, мол, это все сложный неоднозначный вопрос, и что потерпевшая сторона, наверное, тоже спровоцировала? Или прошли бы мимо, ссылаясь на то, что вы хотите спокойно и приятно жить со своей семьей, и что вас это все не касается? Или зажмурили бы глаза, чтобы не травмировать свою психику, и бросились бежать наутек?  

Так с Газой же абсолютно то же самое, только в других масштабах.

И не только с Газой, но и с южным Ливаном.

Сегодня, когда мы поминаем жертв израильской пейджерной атаки и молимся за раненых, приближаясь к годовщине мученической смерти сейида Хасана Наср-Аллаха, мы должны понимать, что это было прологом к готовящемуся геноциду шиитов Ливана – такой же бойне, какую Израиль учинил в Газе.

Будем ли мы стоять в стороне и смотреть, как сионистские бойцовские собаки, растерзав Газу, набросятся еще и на Ливан?

Когда видишь это, ты просто плачешь от бессилия. Перед тобой раскатывают по асфальту целый народ, твоих братьев и сестер по вере, а ты ничего не можешь с этим сделать, с ужасом понимая, что это абсолютно такие же точно люди, как ты, отчего мурашки бегут по коже.

Спасает только одно: вера в силу дуа, мольбы Всевышнему Аллаху. Если ты можешь сражаться на информационном фронте и молиться за Всевышнему за угнетенных – уже какую-то капельку неравнодушия ты в общее дело внес.

Легко размежеваться с придурком-соседом, не мозоля ему глаза хиджабом и котом на шлейке. «Вам ваша вера, а мне моя вера». Повздорили и разошлись по своим делам. А что делать с огромной, кровожадной сионистской военной машиной, которую США натравляют на всех, кто находится в зоне их интересов, гарантируя ей безнаказанность?

Пропалестинское движение должно стать массовым, а не уделом групп мусульман или леваков.

Оставаться равнодушным – все равно, что смотреть, как бойцовский пес терзает в клочья женщину с маленьким котом на улице.

Анастасия (Фатима) Ежова