1982-й год не повторится: Ливан не будет колонизирован снова

Ливан снова захлестывает политический кризис, похожий на кризис начала 1980-х, когда регион проходил болезненный период сложных выборов. 1982 год ознаменовал собой поворотный момент, когда целый ряд факторов привел к переформатированию карты внутренних и внешних трансформаций.

Сегодня регион, похоже, движется к тому же сценарию, с теми же акторами и силами, сохраняющими свою политическую идентичность и приверженность своим целям – будь то американский контроль над государственными институтами и процессами принятия решений правительством, или попытки спровоцировать вражду на конфессионально-религиозной почве. Конечная цель все та же – превратить Ливан в израильский протекторат – а для этого нужно устранить все препятствия, прежде всего разоружив Сопротивление.

Прежде Ливан уже бывал на грани экзистенциального коллапса – во время и после израильского вторжения, целью которого было уничтожить палестинское Сопротивление в качестве прелюдии к превращению ливанской политической системы в израильскую. В те времена Рональд Рейган – при помощи своего американо-израильского посланника Филиппа Хабиба (игравшего ту же роль, что и посланник Трампа сегодня) – приложил руку к формированию того, что он прежде назвал «новой ливанской эрой» под израильской гегемонией.

В тот период на Ливан обрушился целый поток как внешних, так и внутренних угроз – вплоть до того, что Ливану грозило вымирание и исчезновение с карты мира, пока государство не приняло решение разоружить палестинские фракции и депортировать их бойцов из ООП. К сожалению, эту задачу взяла на себя Саудовская Аравия, которая финансировала и поддерживала высылку палестинских бойцов в диаспоры.

За шесть до вторжения в июне – конкретно 4 января – заявление партии «Катаиб» (фалангистов) было зачитано членом парламента Амином Жмайелем, и там были следующие строки:

«…1982 год будет годом судьбоносных решений, поскольку Ливан и весь регион движется к качественным изменениям в его политической судьбе».

В марте «министр войны» врага Ариэль Шарон конкретизировал, что эти изменения носят преднамеренный характер:

«Цель намечающейся израильской интервенции в том, чтобы разрешить ливанский кризис за счет учреждения легитимного правительства, которое будет стремиться к миру с нами».

В то же самое время Башир Жмайель дал сигнал по поводу военных приготовлений, тренировок и мобилизации своих сил, угрожая «принять серьезное и опасное решение», за чем последовала эскалация на фронте в Синине в горах и в районе Батрун-Кура на севере.

Шаги к «качественным изменениям» быстро материализовались, когда Израиль с благословения США и при молчании арабского и международного сообщества вторгся в Ливан. Враг продвинулся на 40 км вглубь, подбираясь к Бейруту. Цель была не просто в том, чтобы «устранить палестинскую угрозу», но и в том, чтобы навязать новые реалии в сфере политики и безопасности, что означало поддержку Башира Жмайеля, которого планировали сделать президентом Ливанской Республики. Это стало результатом встречи, в которой участвовали премьер-министр врага Менахем Бегин, «министр войны» Ариэль Шарон и министр иностранных дел Ицхак Шамир.

Израильский посол в Западной Германии Ицхак Бен-Ари подтвердил это:

«ЦАХАЛ вошел в Ливан по запросу некоторых партий внутри него…Атакующие силы стремятся оккупировать часть Ливана и даровать пост президента нашему дорогому шейху Пьеру Жмайелю».

История как будто повторяется, и сегодня мы видим те же политические расклады на грани тотального коллапса. Некоторые политические силы, которые до недавнего времени поддерживали Сопротивления и его путь, предпочли не занимать позицию, которая может разозлить Вашингтон или Тель-Авив. Это именно то, на что рассчитывает враг – будучи убежденным, по своим оценкам, что дистанцирование союзников Хизбаллы от Сопротивления поставило его в самое трудное положение, чем когда-либо.

Между тем, Самир Жаажаа взял на себя задачу «провозглашать» новую израильскую меру, сам назначив себя ответственным за принятие государственных решений и выделив трехмесячный дедлайн на разоружение Хизбаллы. Иначе, предупредил он, «страна предстанет перед всем спектром возможностей – в крайнем случае, она станет уязвимой для израильских ударов, и, в худшем случае, столкнувшись с новым витком насилия в ходе еще одной войны с Израилем».

Даже вражеский официоз не предпринимает попыток запугать Сопротивление до такой степени, как это делают некоторые ливанские политические фигуры. Но этот официоз хорошо понимает: то, что было достижимо в случае с ООП под прикрытием арабских стран, не сработает с Хизбаллой, которая глубоко укоренена в ливанской идентичности и черпает легитимность из воли народа – через сопротивление, присутствие в социуме и политическую репрезентацию, представляя широкий сегмент ливанского общества – не только шиитов, но адептов других конфессий и партий, поддерживающих путь Сопротивления. Этот путь доказал свою эффективность в деле освобождения ливанских земель и сохранения суверенитета и независимости страны.  

Тогда как лидеры ООП сложили оружие и сделали выбор в пользу политического урегулирования в силу военного поражения, западного давления и предательства со стороны арабов, Сопротивление в Ливане извлекло важные уроки из того опыта. Главные из них: не отказываться от оружия, не достигнув своих целей и без получения реальных гарантий – по крайней мере, не кладя головы под американо-израильскую гильотину.

Запугивание и упование на Израиль не сводится только к военным угрозам. Политические барабанщики теперь связывают реконструкцию того, что было разрушено в ходе войны с Израилем – и прекращение арабо-американской финансовой и экономической блокады – с разоружением Сопротивления. Это напоминает блокаду, которая когда-то уже была введена оккупационными силами против того, что тогда называли «Западным Бейрутом», когда они не давали фурам проезжать в него – что привело к ухудшению жизненных условий, резкому росту цен на продукты и усугублению топливного и энергетического кризиса.

В те времена член политбюро партии «Катаиб» Карим Пакрадуни заявил в интервью Radio France [France Inter]:

«Если в Ливане останется даже один вооруженный палестинец, это означает, что ни один доллар или франк не поступит в страну. Де-факто это будет не единый Ливан, а раздробленный и фрагментированный Ливан».

Сегодня так называемые «защитники суверенитета» точно так же ратуют за установление израильского контроля над Ливаном – лишенным любых возможностей сопротивляться и отстаивать себя – прекрасно осознавая, что их риторика когда-нибудь снова погрузит страну в пучину смуты и разобщения.

Более того, это развяжет врагу руки, чтобы устраивать акты резни и геноцида в отношении каждого сегмента ливанского общества, который проявит непокорность. Бойня в Сабре и Шатиле, учиненная оккупантами и союзными им «Ливанскими силами», и последующее убийство Башира Жмайеля остается ярким образчиком того, что ждет Ливан.

Это – несмотря на то, что источники из Конгресса США в то время утверждали, что перед убийством Жмайель сказал своим помощником, что израильский премьер Менахем Бегин унизил его в ходе их секретной встречи в поселении Нагария вскоре после его избрания – обращаясь с ним, как с обслугой. Так что, так называемые «сторонники» суверенитета согласны быть обслугой Америки и Израиля?

История как будто повторяется, и, возможно, барабанщики превратно поняли позицию руководства Сопротивления, которое продолжает соблюдать условия соглашения о прекращении огня, чтобы не подвергать Ливан новому израильскому нападению. Тем не менее, сегодняшние расклады очень сильно отличаются от тех, что были в прошлом – с точки зрения концептуальных установок Сопротивления, народной поддержки, его среды, и его сторонников. Оружие, с помощью которого Сопротивление изгнало израильских оккупантов, освободило ливанские территории в 2000-м, одержало победы руками своих бойцов и прорвало американскую блокаду, введенную против Ливана, не будет сложено из-за давления отсюда и запугивания оттуда.

Те, которые трудились над укреплением Ливана перед лицом угроз и защищали его от надвигающихся опасностей, хорошо осознают масштаб своей ответственности, которая простирается далеко за пределы Ливана во всех четырех направлениях. Они всецело способны принимать правильные решения в интересах Ливана и его народа – так, чтобы Ливан был не обслугой, а хозяином положения, свободным и независимым.

Мухаммад аль—Хусейни

Alahed News