Наши мечты во время геноцида

Я не знаю, сделал ли я ошибку, когда пообещал своим племянницам и племянникам чего-нибудь сладенького в разгар геноцида.

Я много дней искал его по всему городу Газе, пока наконец-то не нашел одну-единственную плитку шоколада, спрятанную, подобно сокровищу, на руинах этого старого города. Я купил ее по заоблачной цене и, разломав ее на семь маленьких кусочков, угостил ими детей, не дав ни одного куска взрослым.

Когда каждый из детей ел свой кусочек, я представлял себе этот сладкий вкус во рту, жалея, что детям досталось так мало.

Через несколько минут моя прекрасная пятилетняя племянница Лана спросила: «Дядя Асем, ты знаешь, какая у меня мечта?»

Меня объяло любопытство, и я ответил: «Расскажи мне, пожалуйста, Лана».

«Моя мечта – съесть целую плитку шоколада», – сказала маленькая Лана.

Я замешкался, не находя слов. Как мог шоколад стать мечтой для ребенка в 21-м веке? Неужели невозможно исполнить даже такое маленькое желание?

Это поразило меня. И, наконец, я осознал: Израиль – вот причина, по которой мы и наши дети не можем реализовать даже самые простые мечты. Это не бедность, не фатум – это оккупация, блокада и война. Израиль!

Невинные надежды

Тот момент напомнил мне о другом случае во время геноцида. Я стоял на улице и услышал, как сверху дети разговаривают о своих мечтах – маленьких и невинных надеждах на то, что будет, если они выживут.

Некоторые из них хотели вновь увидеть своих убитых братьев и сестер. Другие мечтали питаться не только хлебом, а еще и куриным мясом. Одна маленькая девочка сказала, что она мечтает, чтобы из ее крана вновь текла вода, чтобы не волочить тяжелые ведра издалека.

Все это – базовые человеческие права. Это не то, о чем должны мечтать дети.

Но голос, который действительно убил меня, принадлежал маленькому светловолосому мальчику, прошептавшему: «Я просто хочу слышать голос мамы, которая будит меня утром в школу. Это моя мечта».

Я встал перед ним на колени и ласково спросил: «Это действительно твоя самая большая мечта, приятель?»

Он кивнул и сказал: «Это неисполнимая мечта. Мою школу разрушили, а мою маму убили».

Я не знал, что сказать, пока один из детей не спросил меня: «Дядя, а о чем ты мечтаешь?»

После секундной паузы я ответил: «Моя мечта – чтобы все ваши мечты сбылись».

Простые желания

Потом я слушал, как некоторые из моих коллег делились своими мечтами. Тихие, нежные и простые желания: снова поесть свежего мяса со своей семьей, спать на своей собственной кровати, чувствовать себя в безопасности.

Один мой коллега, инженер, мечтал участвовать в реконструкции Газы. Другой коллега мечтал когда-нибудь увидеть египетские пирамиды. Третий мечтал показать своей дочери Эйфелеву башню. А после этого кто-то сказал тихо: «Моя единственная мечта – снова потискать своих детей».

Не успели мы ответить, как он добавил: «Но это невозможно. Я потерял всех своих детей во время этой войны: двух мальчиков и одну девочку».

Я вспомнил про шоколадку, о которой мечтала Лана, и голос светловолосого мальчика, и подумал, как простые мечты стали неисполнимыми из-за Израиля.

Моя мечта

В ту ночь я задумался о том, какая у меня мечта – она касалась моей дочери Фураат, которую Израиль забрал у меня два года назад.

Моя маленькая четырехлетняя Фураат, которая была за границей вместе с моей женой Ислам и сыном Иядом, когда разразился геноцид, называла меня Баба Асуми (папа Асуми). Ее имя, на арабском означающую реку Евфрат, ассоциируется со свежей и чистой водой.

В первые два года ее жизни я был рядом с ней практически всегда. Я помню каждую деталь: что она любила, когда она это любила, и ее улыбка освещала мои самые мрачные дни.

Я купал ее примерно в десять утра, и она засыпала у меня на руках. Это были самые драгоценные моменты моей жизни, когда я прижимал ее к себе и вдыхал запах ее волос. Я до сих пор словно ощущаю его: свежий, сладкий, особенный.

Я сожалею о каждом из примерно 750 дней нашей разлуки.

Моя мечта проста: снова почувствовать запах ее волос. Но я знаю, что эту мечту у меня также отнял Израиль.

Вот они, наши мечты в нынешней Газе: плитка шоколада, стакан чистой воды, голос мамы, запах волос ребенка, звонкий смех в доме, которого больше нет.

Это не роскошь. Это то, что делает нас людьми. И это то, что Израиль ворует у нас в первую очередь.

Но мы никогда не сдадимся. Наши мечты сбудутся: маленькая Лана получит свою шоколадку, а я буду снова вдыхать сладкий аромат волос моей дочери. И, конечно же, Палестина станет свободной.

Асем Аннабих, инженер и аспирант из города Газы, пресс-секретарь муниципалитета Газы, автор статей на арабском и английском языках

На фото: автор угощает племянниц и племянников шоколадом

The Electronic Intifada