• Послание палестинскому народу от Рахбара сейида Али Хаменеи в связи с поражением сионистского режима
    Послание палестинскому народу от Рахбара сейида Али Хаменеи в связи с поражением сионистского режима
    На протяжении этих 12 дней угнетательский режим совершал большие преступления. В основном он совершал их в Газе, и мы получили зримое доказательство, что, проявив беспомощность перед лицом сплоченности восставшей Палестины, он предпринял столь мерзкие и лишенные любой разумной основы действия, что настроил против себя всё мировое сообщество, сделав так, что он и западные государства, которые покровительствуют ему, особенно преступная Америки, стали объектом еще большей ненависти в мире, чем прежде. И продолжение преступлений, и призыв к перемирию – признаки поражения этого режима. И он был вынужден признать это поражение.

  • Сейид Наср-Аллах о кризисе в Ливане: об армии, правительстве, иранском бензине, Басиле, Ауне, Харири, фалангистах
    Сейид Наср-Аллах о кризисе в Ливане: об армии, правительстве, иранском бензине, Басиле, Ауне, Харири, фалангистах
    Пятничная речь Сейида была посвящена внутриливанской ситуации и опровержению инсинуаций в адрес Хизбаллы. Так, он упомянул о масштабной кампании по блокировке сайтов Сопротивления в регионе по запросу американской администрации. Параллельно США организовали вбросы в СМИ, содержащие в себе поклепы на Хизбаллу. Все это лидер Партии Аллаха счел нужным прокомментировать – а это тема американской помощи Ливанской Армии, тема формирования правительства, которое якобы саботируют Ливан и Хизбалла, тема бензинового кризиса и тема отношений с друзьями и недругами внутри Ливана.

  • 15 лет Июльской войне: мысли, стихи, воспоминания
    15 лет Июльской войне: мысли, стихи, воспоминания
    Южный Ливан, на который в 2006-м пришелся основной удар. Чувство свободы – бездонной, подлинной, эйфорической. Я словно провалилась в иное измерение, где нет чиновников с их маразматической бюрократией, нет глупого церемониала из вековых обычаев и предрассудков, нет пованивающего трупной гнильцой купипродайского цинизма – где правят бал простые, природные понятия свободного человека. Такие места – как черная бездна, как запах свежего и терпкого хвойного воздуха. Горные серпантины, вольный морской воздух, отзывчивые и приветливые люди, не утратившие эмпатии и открытости – эта страна словно создана, чтобы рождать героев, и не случайно имам Муса Садр и Мустафа Чамран были пленены этим пространством, что бросили все ради него – я и на себе прочувствовала силу этого иррационального притяжения, такого же мощного, как любовная тяга.

  • Общий ущерб от майской сионистской агрессии против Газы составил 479 млн. $
    Общий ущерб от майской сионистской агрессии против Газы составил 479 млн. $
    Самыми пострадавшими от агрессии сферами жизни эксперты ООН, ЕС и Всемирного банка признали жилищную сферу, здравоохранение, образование и сферу социальной защиты. Косвенным последствием израильской агрессии стало серьезное сокращение рабочих мест. По оценкам ООН, 250 тысяч человек все еще не имеют постоянного доступа к водопроводной воде, а 185 тысяч используют небезопасные источники воды или покупают за большую цену воду в бутылках. Функционирование критически важного сельскохозяйственного сектора — основного производителя продуктов питания и доходов в Газе — находится под угрозой, в том числе и в нынешний посевной сезон.

  • Режим в Бахрейне против политических свобод: история систематического насилия
    Режим в Бахрейне против политических свобод: история систематического насилия
    Спустя 10 лет после начала народного восстания в Бахрейне режим в Манаме решил положить конец политической активности в стране, распустив все политические движения и ликвидировав источники их финансирования под надуманными предлогами. Этот подход режим опробовал на все политических движениях, начиная с Общества исламского действия ("Амаль"), затем перейдя к разгрому главного оппозиционного блока – Национального исламского общества "Аль-Вефак", и заканчивая Обществом национального демократического действия "Ваад", которое было распущено 31 мая 2017 г.

  • Израильская военная машина слишком слаба, чтобы воевать на нескольких фронтах
    Израильская военная машина слишком слаба, чтобы воевать на нескольких фронтах
    Замглавы генштаба ЦАХАЛа Эяль Замир признал, что израильская военная машина располагает минимальными человеческими ресурсами, чтобы противостоять более сложным и масштабным угрозам, нежели те, с которыми она сталкивалась в последние годы. А бывший глава сионистского генштаба Гади Айзенкот упомянул о том, что у Хизбаллы на вооружении уже более 150 тысяч ракет, угрожающих сионистскому оккупационному режиму.

После Революции: новые обязанности сейида Хаменеи в водовороте политической борьбы

29 апреля 2020

Rahbar80s3

Эйфория от победы Исламской Революции быстро сменилась сознанием ответственности перед страной: первое, чем занялся Исламский революционный совет – это формирование нового правительства, принятие новой Конституции и выборы в новый парламент. Близкие к имаму Хомейни аятоллы Муртаза Мутаххари, сейид Мухаммад Хусейни Бехешти, Али Акбар Хашеми-Рафсанджани, Мухаммад Реза Махдави Кани, наконец, сам сейид Али Хаменеи вплотную занялись этим вопросом.

Фронт антишахской борьбы был представлен пестрым спектром разных сил – от исламских религиозных до светских левых, и когда эти силы свергли монархию и пришли к власти, эту власть пришлось как-то распределять между собой. Понятно, что не обошлось без своих подводных камней, противоречий и компромиссов, и, вероятно, корни «раздвоенности» современной системы вилаят аль-факих уходят именно туда. Наряду с близкими к имаму Хомейни людьми, в новых органах власти был также активно представлен Национальный фронт Ирана, одним из основателей которого был Мехди Базарган. Видными членами этого движения были будущий министр обороны Ирана, легендарный командир Сопротивления Мустафа Чамран, философ Али Шариати, аятолла Махмуд Талегани, известный своими левыми взглядами. После победы Революции имам Хомейни назначил Мехди Базаргана главой временного правительства.

Мехди Базарган был инженером-термодинамиком, получившим образование во Франции, в свое время – сподвижником Мухаммада Моссадыка, руководившим при нем национализированной нефтяной отраслью Ирана. После свержения Моссадыка шахский режим неоднократно арестовывал Базаргана, который был активным оппозиционером, в 1953 году основавшим Движение национального сопротивления, а в 1961 году – Национально-освободительное движение Ирана.                

Базарган был соблюдающим мусульманином с точки зрения религиозной практики, но в сфере политики, вероятно, он был не настолько исламизирован, чтобы полностью понять и оценить идеи имама Хомейни. Поэтому очень скоро в Национальном фронте возникли большие разногласия относительно будущего Ирана. Более светская часть победивших полагала, что они будут править, а имам Хомейни вернется в Кум. Но вместо этого имам Хомейни издал фетву о создании Исламской Республики, отвергнув чисто демократическую (по образу и подобию западной демократии) форму правления. Именно по этой причине имам Хомейни подверг критике инициативу Базаргана об учреждении Исламской Демократической Республики Иран.

Ряд бывших союзников по антишахской борьбе позже объявили о своем неприятии исламского строя и стали натравливать на него вооруженные группировки – такие, к примеру, как «Моджахеддин-е хальк» и «Форкан». От их рук погибли легендарные сподвижники имама Хомейни: аятолла Мутаххари, аятолла Бехешти и другие.

Через два месяца после выхода этой судьбоносной фетвы имама Хомейни, 24 октября 1979 года, состоялся всенародный референдум, на котором иранцы проголосовали за Исламскую Республику как форму правления. Теперь система вилаят аль-факих была учреждена в Иране уже официально. В своем фильме «Хаменеи. История создает историю» ливанский документалист Айман Загиб воссоздает калейдоскоп событий: после создания Исламской Республики победители перешли к следующему этапу – во-первых, нужно было разработать основы нового строя, во-вторых, созвать экспертов для написания Конституции, и, в-третьих принять эту Конституцию.

Спустя год имам Хомейни объявил о президентских выборах. Это было очень сложное время, поскольку новорожденная Исламская Республика столкнулась с множеством вызовов. Ошарашенные происходящим, США и прочие враждебные исламскому строю силы стали подзуживать сепаратистские настроения на окраинах. Стали бунтовать туркмены, взволновался Курдистан, Систан и Белуджистан, Хузестан. Разбираться с ситуацией в южных районах доверили сейиду Али Хаменеи; в Курдистане он боролся с местным сепаратистским движением вместе с Мустафой Чамраном.

4 ноября 1979 года в Тегеране стартовала легендарная акция с захватом посольства США, которое революционеры справедливо называли «логовом шпионов». После разгрома этого логова в Иране больше нет американского посольства – этого рассадника агентуры и заговоров, без которого любая свободная страна лишь вздохнет с облегчением. Изначально в заложниках оказались 66 человек; революционные студенты вскрыли все тайники и архивы, где хранилось множество данных о «работе» американской разведки в Иране и сотрудничестве преступного шахского режима с США и Израилем. Впоследствии, 19-20 ноября, студенты отпустили 13 чернокожих и женщин; также 11 июля 1980 года они выпустили одного серьезно больного человека.

US Embassy1

Соответственно, возник грандиозный дипломатический скандал мирового масштаба. Госсекретарь Сайрус Вэнс пытался вести переговоры, другие члены американского истеблишмента настаивали на силовом решении вопроса. В итоге их чаша весов перевесила, и Вэнс подал в отставку – но военная операция американцев, стартовавшая 24 апреля 1980 года, провалилась самым чудесным образом: их военный вертолет столкнулся со стоявшим на аэродроме самолете, восемь солдат армии США погибли. Это происшествие до боли напомнило сюжет коранической суры «Слон» (Аль-Фил), когда стаи птиц с камнями в клювах атаковали восседавшее на слонах грозное войско царя Абрахи, двинувшееся на Священную Мекку. Иранские исламские революционеры так и расценили этот инцидент: как чудо и знамение от Аллаха.

Американцы были вынуждены вступить в переговоры. Имам Хомейни уполномочил сейида Хаменеи выступать в качестве своего представителя. Сохранились кадры хроники, которые «Аль-Манар» вставил в свой документальный фильм: на них видно, как вежливо и с каким достоинством будущий Рахбар разговаривает с захваченными сотрудниками посольства, не позволяя себе никакой грубости и никаких оскорблений. Чувствуется, что сами заложники были в хорошем смысле слова потрясены этими проявлениями настоящей исламской этики. Они – 52 человека – были выпущены через 444 дня в соответствии с Алжирскими соглашениями: США обязались не вмешиваться во внутренние дела Ирана, разморозить банковские счета страны и снять торговые санкции. Насколько США оказались верны этим обязательствам в дальнейшей истории отношений с Ираном – вопрос смешной и риторический.

Вслед за этой акцией состоялся громкий демарш Мехди Базаргана: он не понял и не оценил этого революционного жеста, а в принципе – давно дрейфовал в сомнительную сторону: так, «Аль-Манар» показал кадры, как в Алжире он встречался ни больше, ни меньше, а с Бжезинским. Из-за акции с захватом посольства Базарган подал в отставку. В 1980 году он избрался в меджлис и оттуда выступал с критикой проводимой Исламской Республикой политики. Его отношения с имамом Хомейни накалялись, вплоть до того, что даже Священную Оборону с ее героизмом и кровью Базарган принялся критиковать с хорошо знакомых плаксиво-либеральных позиций. Его недовольство вызывало также «вмешательство государства в экономику», установка на экспорт Исламской Революции, тезис о неразрывной связи Ислама с политикой – словом, все то, что являлось краеугольными камнями идеологии возникшего государства вилаят аль-факих. Поэтому в органах управления возникшего исламского строя он не прижился, а в 1994 году он тихо умер в Швейцарии от болезни.

Увы, демарш Базаргана не стал эксклюзивным прецедентом, а главным испытанием для молодой Исламской Республики стала восьмилетняя война с Саддамом, во время которой сейид Али Хаменеи сыграл свою особую роль. Но это тема настолько важная, что Айман Загиб посвятил ей две серии – и мы тоже коснемся ее в отдельной статье.

Это было насыщенное, сложное, необычайно захватывающее и интересное время, когда бурлил водоворот событий, шла оборонительная война против агрессии Саддама, затаили злобу внутренние враги, совершались покушения, армия была расформирована, грохотали бомбы и снаряды, лилась кровь, множество деятелей революции и ее рядовых искренних сторонников героически погибали. Словом, это было такое время, когда неординарные люди получили полную возможность проявить себя. Эта революционная волна вознесла наверх множество талантливых и достойных людей, как это всегда происходит в случае с народными революциями. Аятолла Хаменеи был одним из них.

В год победы Исламской Революции произошло резонансное трагическое событие: 1 мая 1979 года произошло убийство аятоллы Муртазы Мутаххари, к которому оказалась причастна группировка «Форкан». В его лице имам Хомейни потерял близкого сподвижника и дорогого друга. Где-то с этих времен стало понятно, что имам Хомейни начал делать особую ставку на сейида Али Хаменеи. Во-первых, он сыграл особую роль в создании КСИР, на какое-то время возглавив его – и эту тему мы еще затронем в отдельной статье. Во-вторых, уже в 1979 году он был назначен имамом пятничной молитвы в Тегеране. В-третьих, в том же году он занял пост заместителя министра оборона в правительстве Абольхасана Банисадра. В 1980 году, уже в военное время, сейид Хаменеи был назначен личным представителем имама Хомейни в Высшем совете обороны. Столько обязанностей – а ведь ему было всего 40 лет!

Rahbar80s2

Понятно, что вся эта активная деятельность вызывала все большую ненависть со стороны вчерашних соратников по антишахской борьбе, вмиг превратившихся в злобных врагов. Вслед за Муртазой Мутаххари боевики из «Форкан» решили убить сейида Али Хаменеи. Это предательское покушение состоялось 27 июня 1981 года. Это произошло после завершения полуденного (зухр) и послеполуденного (аср) намаза, когда аятолла Хаменеи выступал с проповедью (хутба) о правах и положении женщины в Исламе. Вдруг раздался взрыв: бомба была заложена в радиоприемник. Тяжело раненого сейида Хаменеи срочно доставили в больницу, где его тут же отвезли в операционную. У него были очень серьезные травмы: правая часть грудной клетки полностью обгорела, обнажились плечевые кости и ребра. Во время операции давление упало до нуля, и один врач уже был готов констатировать смерть – но другой хирург потребовал продолжать реанимацию. Еле-еле, но они спасли его. После операции сейид Хаменеи долго находился на аппарате ИВЛ. Постепенно он пошел на поправку, однако правая рука навсегда утратила функциональность. Сейид Хаменеи отреагировал на это мужественно и философски: «Мне не нужна эта рука, для меня достаточно, чтобы работали мой мозг и мой язык». 

Меж тем, война и борьба продолжалась, а поток событий не останавливал своего хода. Президентом в 1980 году был избран Абольхасан Банисадр – и в дальнейшем проблем с этим Банисадром у исламских сил возникло куда больше, чем с Базарганом; в том же году прошли выборы в меджлис (парламент) первого созыва, спикером которого стал Али Акбар Хашеми-Рафсанджани; заполыхали фронты Священной Обороны, группировка «Моджахеддин-е хальк» активизировала террор и убивала видных лидеров Революции, не погнушавшись даже сотрудничеством с врагом, напавших на Иран в такой критически переходный момент.

Эра революции переходила в эру строительства государства – государства, живущего по исламским законам, государства вилаят аль-факих. В известном смысле, этот процесс продолжается и по сей день.

Анастасия (Фатима) Ежова