• Речь сейида Али Хаменеи в День Арбаин 15 марта 1974 г.
    Речь сейида Али Хаменеи в День Арбаин 15 марта 1974 г.
    Арбаин – это точка сборки, это место встречи для всех шиитов мира на земле, которая хранит величественную память, земле мучеников, где расположены их могилы. Это особое место – Кербела, ибо душа каждого шиита – в Кербеле, а движима она духом Ашуры. В сердце тела шиизма пульс Ашуры ощущается особенно отчетливо. Где бы ни находился шиит, он предан делу Ашуры и Хусейна (мир ему). Это были искры, вылетавшие из этого священного и очищенного центра, и от них зажигались души и сердца, превращая людей в пули, поражавшие врагов в самое сердце.

  • Сейид Наср-Аллах в День мучеников:
    Сейид Наср-Аллах в День мучеников: "Мы будем добиваться своего, чего бы нам это ни стоило"
    "Мы наращиваем ракетную мощь Сопротивления, и ни санкции, ни угрозы не остановят нас в этом. Сдаться – значит распахнуть двери перед Израилем и его агрессией". Пройдясь по теме Газы, Израиля, Йемена и Хашукджи, лидер Хизбаллы жестко прокомментировал ситуацию с провисшим формированием правительства в Ливане. Он ответил всем – и Харири, и Джумблату, и "Ливанским силам" – избегая излишней дипломатичности.

  • Политический манифест Хизбаллы: наш регион и американский проект
    Политический манифест Хизбаллы: наш регион и американский проект
    Американская угроза не привязана к конкретному месту и региону. А потому конфронтация с ней также должна носить глобальный характер. Она обречена быть сложной. Это борьба во всемирном масштабе. А потому она является делом многих поколений, в которой нужно задействовать все получившие признание силы. Опыт, полученный нами в Ливане, научил нас, что трудно – не значит невозможно. Активные и энергичные народы, ведомые мудрыми, осведомленными и неравнодушными лидерами, не упускающие никакие возможности и извлекающие опыт из собственных достижений, одерживают одну победу за другой.

  • Свободу Марзие Хашеми!
    Свободу Марзие Хашеми!
    Журналистка Марзие Хашеми принадлежит к числу честных американцев, которые, находясь внутри одной из самых тоталитарных и полицейских систем в мире, не побоялись осудить преступную политику правящей элиты США, которую они десятилетиями проводят в мире, развязывая войны против независимых государств. Сегодня Марзие находится в американской тюрьме, где подвергается изощренным издевательствам. Мы не можем остаться равнодушными к ее судьбе.

  • Что не так с российской мусульманской уммой?
    Что не так с российской мусульманской уммой?
    С началом сирийской войны остро встала проблема притока боевиков изо всех уголков мира, остро желавших сражаться "против тирана Асада". Не сказать, что Россия в числе поставщиков этого сброда оказалась впереди планеты всей, но она заняла в этом процессе одно из "почетных" мест. Почему российские мусульмане разных национальностей оказались настолько податливы по отношению к такфиристской пропаганде?

  • Сионисты усугубляют условия блокады Газы
    Сионисты усугубляют условия блокады Газы
    Сионисты практически закончили строительство «морского барьера», который отделит оккупированные территории от Сектора Газа и значительно усилит блокаду острова. Барьер представляет собой мощное сооружение из бетона и колючей проволоки, снабженных датчиками. У него будет как надводная, так и подводная части.

Кафр-Касем: 62-я годовщина трагедии

30 октября 2018

Kafr Qasim7

В послужном списке сионистского режима немало преступлений против палестинцев. Одно из них было совершено 29 октября 1956 года во время Суэцкого кризиса, день в день с началом войны Израиля, Британии и Франции против Египта.

Кафр-Касем расположен в 20 километрах северо-восточнее Тель-Авива на зелёной черте, в 1956 году являвшейся фактической границей между Израилем и Иорданией. Из опасений, что Иордания выступит на стороне Египта, израильские военные приняли решение усилить охрану границы и удлинить комендантский час в приграничных арабских населенных пунктах, перенеся его начало с 21.00 на 17.00.

По утверждению майора Шмуэля Малинки, командира батальона, контролировавшего район Кафр-Касем, полковник Исахсар Шедми приказал стрелять в любого араба, замеченного на улице после начала комендантского часа, включая женщин и детей. Когда присутствовавшие на совещании офицеры спросили комбрига Шедми, что делать с теми, кто не знал о комендантском часе, он отреагировал неопределенным жестом и словами по-арабски: «Да смилостивится над ними Аллах». Малинки отдал соответствующий приказ своим офицерам. Согласно показаниям свидетелей, один из командиров спросил его: «А что с женщинами и детьми?» И Малинки ответил: «Без сантиментов, как сказал комбриг». Командир опять спросил, что же делать с крестьянами, которые будут возвращаться с полей, не зная о том, что уже объявлен комендантский час? В ответ Малинки процитировал инструкцию, полученную от командира бригады: «Поступать с ними так же, как со всеми».

Мухтару – старосте Кафр-Касема – было сообщено о введении комендантского часа лишь в 16.30, за полчаса до его начала, и он не успел предупредить жителей. На вопрос, как быть с теми, кто работает в полях и о начале комендантского часа ничего не знает, ему ответили, что об этих людях позаботятся. Взвод под командованием лейтенанта Габриэля Дахана расстрелял в ходе нескольких отдельных инцидентов людей, возвращавшихся с работы в селение: 19 мужчин, 6 женщин, 17 мальчиков и подростков в возрасте от 8 до 17 лет и 6 девочек.

Арабские источники дают цифру в 49 человек, включая в число погибших неродившегося ребенка одной из женщин – Фатима Сарсур была на восьмом месяце беременности. Из группы женщин, возвращавшихся со сбора маслин, осталась в живых лишь одна – Хана Слиман Амер. Джамаль Фаридж, один из пострадавших, который прибыл в деревню на грузовике с ещё 28-ю пассажирами, рассказал: «Мы говорили с ними. Мы спросили, хотят ли они проверить наши удостоверения личности. Они не захотели. Внезапно один из них сказал: “Кончайте с ними”, и они открыли шквальный огонь». Расстрелы продолжались более часа. Потом военная полиция и пограничники вывели из домов мужчин с мотыгами и лопатами, заставили их выкопать ямы на деревенском кладбище и всех убитых, завернутых в одеяла, похоронили без обряда.

Kafr Qasim3

Мечеть, построенная на месте событий в память о погибших

Несколько дней спустя военный губернатор разрешил семьям погибших выкопать трупы и заново похоронить их по мусульманскому обряду. 20 ноября следующего, 1957 года, в Кафр-Касеме состоялась «сульха» – церемония примирения в присутствии мусульманских духовных лиц и представителей израильской военной администрации. Местные палестинские газеты писали, что, желая замять преступление, власти заставили членов семей погибших явиться на церемонию.

Изначально в Израиле был введён запрет на публикацию информации об убийствах в Кафр-Касеме. Только через несколько месяцев под давлением прессы и некоторых членов кнессета он был снят. Виновные в происшествии были отданы под суд. Восьми пограничникам были предъявлены обвинения в убийстве. Майор Малинки и лейтенант Дахан получили по 17 и 15 лет соответственно, однако потом их дела были пересмотрены судом высшей инстанции, их сроки сокращены, и в дальнейшем они были выпущены досрочно.

В результате никто из виновных не провёл в тюрьме более трёх с половиной лет. Полковник Шедми также был отдан под суд, который не признал его виновным в убийствах, а только в том, что тот «самовольно передвинул время начала комендантского часа». Поскольку приказ стрелять в нарушителей комендантского часа был отдан полковником устно, то он его отрицал, и в наказание за превышение полномочий ему был назначен символический штраф в 10 прутот. В течение многих лет израильские власти утверждали, что убийство мирных крестьян в Кафр-Касеме было прискорбным недоразумением – случай неправильного понятого приказа, или слепоты при его исполнении, ну, может быть, жестокости тут и там – но не составная политического процесса.

Опубликованные впоследствии многочисленные документы и журналистские расследования рисуют иную картину: данное событие – лишь верхушка айсберга, сам же айсберг – это масштабная военная операция, которая имела целью спровоцировать арабское население на противозаконные действия, запугать – а затем изгнать его. Как подтвердили израильские солдаты в своих показаниях, палестинцам предполагалось «дать пинка», чтобы заставить их убежать в Иорданию, для чего армия должна была открыть часть восточной границы.

Сам Малинки, по всей видимости, до конца дней своих был уверен, что действовал правильно – что отданные ему распоряжения «проистекали из ожидаемых действий государства в отношении арабского населения», и что он был избран жертвой, чтобы затушевать эти намерения и переложить на него одного как командира пограничных войск ответственность всей армии. Это подтверждается обращением с ним Бен-Гуриона: после того как Малинки был вынесен приговор, Бен-Гурион пригласил его к себе и сказал, что «ему все известно». По свидетельству защитника Малинки, Эзрана, Бен-Гурион просил его «понять ситуацию и принять приговор суда». Бен-Гурион сказал Малинки, что тот – «живая жертва государства». Об этом говорит и быстрая амнистия для осужденных, приговоры которых и без того были сильно смягчены: к концу 1959 года ни одного из них уже не оставалось в тюрьме. Более того, о Малинки особо позаботились после его освобождения: не без влияния лично Бен-Гуриона он был назначен офицером безопасности Центра ядерных исследований в Димоне.

Kafr Qasim2

Мемориал в Кафр-Касеме

Свидетельства солдат и офицеров напоминают о глубокой связи, существующей между 1948-м и 1956-м годами, в смысле операций, проводившихся против арабского населения. Политикой сионистов было изгнание арабов с родной земли, методами – известные со времен Дейр-Ясина запугивание, резня и принуждение к бегству. Но именно с этой точки зрения у событий в Кафр-Касеме есть и иное значение: резня 1956-го года не привела к массовому бегству  палестинцы устояли. Поэтому трагедия Кафр-Касема – это не только память о страданиях и угнетении, но и веха в истории сопротивления сионистам.

Наталья Кажу